Отражение. Опасность близко  - С. К. Ренсом

– Правда? – заинтересовалась я. – А что такого он знает?

– У него на руке есть тату Эмили, и, значит, ему известно, что где-то кто-то значил для него очень много.

– О, это, должно быть, тяжко.

– Ну, мы могли бы проявить больше сочувствия к нему, будь он немного приятнее, но, если честно, он тоже очень гадок.

– Сколько времени он провел с вами?

– Он появился там раньше нас с Кэтрин. Все свое время он тратит на то, чтобы злить людей, словно его миссия – сделать все еще хуже, хотя хуже, казалось бы, некуда. Там практически никто ни с кем не дружит, но никому никогда не придет в голову проводить свое время с Лукасом. – Он на секунду замолчал. – Хотя он единственный из всех, кто знает хоть что-то…

– А ты знаешь, что Кэтрин – твоя сестра. Это считается?

– Не думаю, потому что мы были там вместе. Мы утонули в реке одновременно, но больше никого не помним. А у Лукаса есть доказательство, что кто-то когда-то был важен для него, что у него была жена или девушка. Может, он такой бешеный именно потому, что знает, что потерял.

Вспомнив предельно жестокие глаза Лукаса, я усомнилась в словах Кэллума.

– Может быть. А может, он просто совершенно ужасный тип. – Я заставила себя улыбнуться и потянулась к лицу Кэллума. – Хорошо, что у меня есть ты, правда? – Я легонько провела пальцами по линии его челюсти. – Сколько ты сможешь здесь пробыть?

Он посмотрел через мое плечо на часы.

– К несчастью, не так уж и долго. Я должен помочь Оливии напитаться воспоминаниями. Знаешь, я помогаю ей делать это почти каждый день, но сегодня мне пришлось уйти пораньше.

– Мне очень нравится Оливия. Это ужасно, что столь юная девушка застряла в вашей ужасной жизни. Что она могла такого натворить?

– Ее тоже взволновала встреча с тобой. Она так разнервничалась. Думаю, я смогу привести ее сюда, если ты этого захочешь.

– Буду рада поговорить с ней, – сказала я, глядя на него так невинно, как только могла. – Она может рассказать мне что-нибудь о тебе!

– Ммм, вряд ли это хорошая идея. Ты можешь отказаться от меня, если узнаешь о некоторых моих дурных привычках.

– Дурных привычках? – приподняла я бровь. – Ну что ты можешь сделать такого дурного?

– Надо будет позволить Оливии немного посплетничать обо мне. Она получит удовольствие от этого.

– О’кей, договорились. Ты сейчас пойдешь и рассортируешь то, что насобирал, а я подумаю над тем, где мы можем начать искать Кэтрин. А с тобой и с Оливией мы встретимся позже. Когда ты рассчитываешь вернуться?

Он слегка сдвинул брови, его рука обвилась вокруг моих плеч.

– Сегодня днем. Пойдет?

– Конечно. Дождаться не могу…

Я увидела, что он колеблется, потому что он то открывал, то закрывал рот, словно хотел что-то сказать. Нежное прикосновение к моей руке стало немного сильнее. Я улыбнулась и вопросительно подняла бровь, а он посмотрел на меня почти застенчиво.

– В чем дело? – наконец спросила я.

– Я… Я просто хотел извиниться… еще раз. – Вид у него становился все более смущенным.

– Извиниться? За что?

– За сегодняшнее утро. Мне действительно очень жаль; я не должен был приходить сюда так рано. В это время суток я почти всегда не в форме.

– О, да ничего страшного. Не волнуйся ты так. – Я все еще не могла понять причины его беспокойства.

– Но я был совершенно ужасен. Ты заслуживаешь совсем другого. – Его пальцы скользили по моим волосам – от плеч до талии. И это возбуждало меня.

– О, ну… – Теперь уже смутилась я. – Это не твоя вина.

– Спасибо за то, что хочешь помочь мне. Это заставляет меня любить тебя еще сильнее.

– Я сделаю для тебя все, и ты это знаешь.

– Я не собираюсь доводить дело до этого. Мы найдем какой-нибудь другой способ, доверься мне. – После недолгих сомнений он отодвинул волосы с одного моего плеча на другое, и я увидела, что он гладит плечо рядом с бретелькой топа. – Знаешь, наверное, я могу задержаться еще минут на пять или десять, – пробормотал он и наклонил голову. И я почувствовала легчайшие прикосновения его губ к моей шее.

– Или даже на четверть часа… – прошептала я, тая от этих прикосновений.

После того как он ушел, время стало тянуться ужасно медленно – я не привыкла так рано вставать в выходные – и от нечего делать даже вызвалась поработать в саду, понадеявшись, что тем самым смогу избежать печальной участи быть призванной к приготовлению обеда. Должны были приехать мои бабушка с дедушкой, а это означало большую трапезу независимо от погоды, а у меня были совсем другие планы на сегодняшний день.

Я наслаждалась заслуженным перерывом на ланч, когда вдруг раздался стук в дверь. За ней оказалась наша соседка со своим новым щенком. Маленький коричневый лабрадор все время прыгал вокруг нее, с энтузиазмом жевал поводок и ставил крепкие передние лапы ей на колени.

– Привет, Линда, – улыбнулась я. И добавила: – Привет, Бисли. – Я погладила щенка по голове, и он переметнулся ко мне – стал лизать мои руки.

– О, Алекс. Я так рада, что ты дома. Надеюсь, ты сможешь сделать мне одолжение.

– Конечно. А какое?

– У меня на работе образовались проблемы, и мне обязательно нужно ехать в офис. Я думала оставить Бисли одного, но он уже успел сжевать с утра две диванные подушки и ботинок. Ты ведь как-то предлагала взять его на несколько часов?.. – Она резко накренилась в сторону, потому что Бисли увидел, что на крышу гаража уселась птица, и попытался рвануть к ней. Притянув его обратно, она виновато посмотрела на меня. – Ты очень меня выручишь. С ним до сих пор бывает трудно, поскольку его дрессировка еще не окончена.

Я села на корточки и тихо позвала щенка. Он припрыгал ко мне, его шоколадно-карие глаза были невероятно озорными, а из края рта высовывался язык. Он был великолепен!

– Я с радостью присмотрю за ним какое-то время. На сколько тебе надо отъехать? – Бисли тем временем подпрыгнул и стал пытаться облизать мое лицо. – Хватит тебе, малыш, – урезонила его я.

– Можешь побыть с ним до шести?

– Без проблем. Мне нужны будут какие-то его вещи?

– Я сбегаю домой и все принесу. Там всего-то ничего – обед и пара игрушек. Ну и его корзина, разумеется. – Линда уже шла к подъездной дорожке, желая вернуться к нам как можно быстрее и отправиться потом на работу. – Я сейчас.

Мама несколько удивилась, когда я появилась в саду с Бисли на поводке, и удивилась еще больше, заметив гору вещей, что принесла с собой Линда.

– Он долго у нас пробудет? – поинтересовалась она, обозревая корзину, набитую игрушками и одеялками, а также маленькими пластиковыми пакетиками.

– Ну, она сказала, что до шести, – с сомнением произнесла я. – Но у меня такое впечатление, что он к нам переезжает.